ОДЕССИКА ОДЕССИКА
для тех, кто любит Одессу! для тех, кто любит Одессу!
Main

«Надежда». Пароход-диковина.

К 175-летию со времени открытия коммерческого
пароходного мореплавания в Одессе.

Одесса была рождена морем, а улицы ее стали продолжением трапов ошвартованных в местных гаванях купеческих кораблей. Еще со времен дюка де Ришелье заморская торговля надежно связала Одессу с самыми отдаленными странами.

Наш город как деловой посредник между тучными нивами причерноморских степей и знатными гаванями Европы и Леванта уже тогда интегрировал сельское хозяйство Новороссийского края в мировую рыночную экономику. К тому же права «порто-франко», дарованные еще при Ланжероне, стали визой беспошлинной или «вольной» торговли нашего города.

Особая роль в преуспевании Одессы, несомненно, принадлежит ее коммерческому пароходному судоходству, начало которому было положено 175 лет назад графом М.С. Воронцовым. Именно тогда на Черном море задымил неказистый с виду грузо-пассажирский пароход с символическим названием «Надежда» на борту. К слову, само появление «Надежды» в Одесском порту не было великой новостью для одесситов.

Эпоху отечественного пароходства на юге открыл еще 24 мая 1820 года пароход «Везувий», спущенный на воду в Николаеве для службы под Андреевским флагом Черноморского военного флота.

Достойно упоминания, что пароход «Надежда» — собственность графа Михаила Семеновича, была построена в его имении — местечке Мошны, Черкасского уезда Киевской губерниив 4 верстах от реки. В Мошнах был устроен пруд, соединявшийся для выгод судоходства каналом с Днепром. И вот, когда минуло два года, диковина, оснащенная по бортам гребными колесами, вызвавшая суеверное удивление простодушных обывателей, была, наконец, успешно проведена через Днепровские пороги в Херсон. Из тамошнего порта пароход графа Воронцова начал совершать коммерческие рейсы в Николаев, буксируя баржи.

По описаниям, «Надежда» была речным плоскодонным пароходом, с корпусом, набранным из соснового леса. При размерениях судна: длине — в 19,8, ширине — 4,88 и осадке — 1,75 метра на нем установили железный паровой котел и паровую машину силою в 20 лошадей, постройки известного заводчика Карла Николаевича Берда в Санкт-Петербурге.

Тем временем М. С. Воронцов, будучи уже назначенным высочайшей волей государя Николая I генерал-губернатором над всем Новороссийским краем, принялся дальновидно и последовательно осуществлять свою заветную цель — сблизить Одессу посредством пароходного сообщения с Крымом и Кавказом, а также с Царьградом-Константинополем, а далее и с главными портами Средиземноморья.

Свой первый пассажирский рейс пароход «Надежда», как описал его в свое время один из летописцев отечественного флота Николай Александрович Залесский, совершил уже 4 июля 1827 года. В 17 часов пароход под командованием штурмана И.И. Червякова вышел из Одесского порта и взял курс на Херсон. Прибыв в Херсон 5 июля в 20 часов и, простояв в тамошнем порту 3 дня, «Надежда» вышла в Николаев, взяв на борт четырех пассажиров и буксируя грузовую лодку. Наконец, с пятью пассажирами и грузом железа примерно в 6,5 т пароход отплыл обратно в Одессу, куда и прибыл 20 июля. Согласно расписанию, во второй свой рейс пароход снялся из Практической гавани курсом на Херсон, откуда и вернулся 6 августа в Одессу.

Вот как вспоминал тот памятный рейс «Надежды» современник события: «Пароход прибыл туда (в Херсон), невзирая на противный ветер, в 35 часов, а назад возвратился в 27. Бывавшие на нем пассажиры отзываются весьма выгодно насчет внутреннего расположения, чистоты и порядка на сем судне. 29 июля многие из почтеннейших особ Херсона, в том числе несколько дам, удостоили пароход своим посещением. Предположено было сделать прогулку по Днепру. Поднялся дым из трубы, раздался стук колес, и чудное судно, без весел и парусов, горделиво поплыло против течения реки. Сначала дамы несколько робели; но вскоре рассеялись все опасения; удивление и удовольствие заступили их место, и любезные посетительницы с особенным вниманием рассматривали устроение парохода».

Прежде чем открыть пароходное сообщение по Черному и Азовскому морям, Михаил Семенович Воронцов «со свойственным ему верным и глубоким взглядом истинного государственного человека» в короткое время устроил порты Бердянск, Керчь, Мариуполь и Ростов. Наряду со строительством маяков, что оживило каботажное судоходство, он упрочил пароходное дело разработкою угольных копей в краю донских казаков.

Поскольку экипажи российских купеческих судов состояли в ту пору по преимуществу из греков, которые оставались еще в турецком подданстве, то крепкая поддержка отечественному коммерческому флоту была положена и основанием обществ вольных матросов из местных жителей. Всех, записавшихся в «вольные матросы», полагалось вместе с их семействами освобождать от бремени налогов, военного постоя, земских повинностей и рекрутского набора.

Последнее сообщение о рейсах «Надежды» было опубликовано в газете от 20 августа 1827 г., из которого следовало, что пароход вышел из Одессы в Херсон 16 августа и стоял на этой линии, повидимому, до окончания навигации. В сентябре же 1828 г. Воронцовский пароход— увы! — выскочил на мель, повредил носовую часть, отчего в корпусе судна образовалась течь. После ремонта на Херсонской верфи «Надежду» определили способной «впредь иметь плавание токмо по рекам, лиману и не далее Одессы». В следующем году пароход зачислили в Дунайскую транспортную флотилию с переводом по случаю войны с Турцией на службу в военное ведомство. В 1832г. «по неудобству… к плаваниям и действиям по Дунаю» «Надежду» передали Черноморскому флоту. В начале 1834 г. пароход «Надежда» был признан напрочь не способным для дальнейшей службы даже для портовых нужд флота, по случаю того, что его железный паровой котел «проржавел и прогорел и по механизму требуется большая часть возобновления». Далее в архивном документе находим и вердикт первенцу коммерческого пароходства на Черном море: «будучи малой силы, сей пароход более непригоден для адмиралтейских надобностей. В марте 1835г. Морскому министру было доложено, что с «Надежды» механизм снят, а корпус судна сего… распоряжено употреблять для перевозки тяжестей при порте»…

Весьма невелик оказался срок службы первого торгового парохода, заведенного на Черном море. Однако, это событие, несомненно, сподвигнуло М.С. Воронцова затеять на сей раз строительство «пароходного судна исключительно для города Одессы».

По мысли графа Михаила Семеновича, всячески покровительствующего Южной Пальмире, учреждение регулярного пароходного сообщения должно было усилить торговое и административное значение Одессы, как в ипостаси первого на Черном море порта, так и столицы всего Новороссийского края, придав тем самым и «новое оживление ее общественной жизни». Наряду с обеспечением качественно нового уровня грузоперевозок, черноморское пароходство несравненно облегчило путешествия пассажиров, искателей приключений и паломников к святым местам, положив в Одессе начало и тому, что мы сейчас называем морским туризмом. Следует признать — уже самое обозримое будущее превзойдет самые смелые ожидания и Воронцова, и его сподвижников. Но это уже другая история, у которой тоже грядет юбилей…

Александр Сурилов.